Евгения Шафранек: искусственное искусство

Евгения Шафранек: искусственное искусство

Я человек простой, если вижу картину, а на ней фига, то трудно думать о высоких материях. Какие ж тут высокие материи, когда на тебя из золоченой рамы кукиш смотрит? Но в силу своей профессии, мне частенько приходится освещать городские культурные события. И вот тогда мироточит даже постер Виктора Цоя.

Потому что спокойно это мессиво из бездарности и аляповатости воспринимать очень сложно. Я не искусствовед и над расчлененной зеброй долго думать не буду, поэтому категорична и, наверное, невежественна.

Например, премию Пурвитиса, денежную на минуточку, почти 29 тысяч евро, получило творческое трио за работу «Песня». Интрига, барабанная дробь и душевный рассказ, в каких творческих муках рождалось это творение. «Работа призывает пересмотреть закрепившуюся в ХХ столетии «систему национальных ценностей» и заставляет зрителя ответить на вопрос – соответствует ли она и XXI веку?

Художники изучили слова песен из репертуара заключительных концертов Вселатвийских праздников песни, проходивших в Латвии с 1990 по 2013 год, и путём статистической обработки констатировали, что в текстах песен чаще всего встречается слово «saule» («солнце»), затем следует «meita» («девушка, дочь»), а на третьем месте стоит «Dievs» («Бог»)». И вот этот глубокий анализ вдохновил их на создание какого-то перфоманса, который очень высоко оценило жюри.

Ну, «Праздник песни» проходит не каждый год. Поэтому методом несложных вычислений можно примерно посчитать реальный объем работы. Но за такие деньги я готова вообще сделать анализ всего репертуара песенного марафона.

Зато Рериха мы запрятали в темные залы Рижской биржи, где полотна потерялись на желтых стенах и не цепляют без дневного света, а в Национальном художественном музее по стенам висят вырезки из газет — тоже творчество и тоже, наверняка, создано на очередной грант и сидит на подсосе у очередного финансирования.

И все у нас идет под эгидой «местечковости». Если новая коллекция в музее фарфора — лови шесть тарелок. Если новая серия картин — дюжина однотипных полотен получи.

Выставки дизайна — это отдельная душевная боль. Там все, что видим, то приколачиваем на стены. Мусорные пакеты, старые доски, ржавые гвозди, совесть, девичьи косы и бабушкин будильник, а затем включаем загробную музыку, желательно с элементы мистического скрежета металлической вилки по тарелке, добавляем мелькающего света, называем это как-нибудь «Дно», «Мысль» или «Прошлое» - все! Концептуально, современно, модно, пипл схавает!

Сразу вспоминается «День радио» про музей современного искусства и «Туалет не работает». Я вот смотрю на эту «красоту» из мишуры и думаю: «Реально, ребят? Это талантливо? Красиво? Оригинально? Глубокомысленно?» Чаще всего ответ на эти вопросы состоит из трех букв. В смысле, «нет».

И дело не в том, что мы стоим перед мусорной кучей и пытается увидеть в ней красоту. А в том, что у нас мало альтернативы! Если бы поклонники псевдо-арта могли собираться и восхищаться калякой-малякой, а я могла бы с ребенком пойти и посмотреть Караваджо — вопросов нет. Каждому свое, как говорится.

Но у нас великих — раз и обчелся, а если бы не фонд Тетеревых, которые радовали нас прекрасными импрессионистами в прошлом году и сейчас везут коллекцию из музея Prado, то я даже не знаю, как здесь можно не то, что научиться понимать прекрасное, а хотя бы просто не испортить вкус. Потому что сколько арт-изолентой арт-кирпичи не обматывай, а все равно Мона Лиза не получится.
mixnews.lv


Комментарии ()

    гороскоп
    консультации юриста в Даугавпилсе
    Как долго проработает сегодняшняя коалиция в Даугавпилсской Думе